Сегодня на базе МУ «Городская библиотека» г. Свирска специалисты ОГБУСО «КЦСОН г. Черемхово и Черемховского района» провели первое занятие «Школа серебряного волонтерства». Активное участие приняли 20 волонтёров «серебряного» возраста. Мы убеждены, что при подготовки волонтёров необходимо учитывать два важных фактора – это компетенция и мотивация. Именно для этой цели в «Школе волонтера» нашего учреждения открылся новый факультет «Волонтёры серебряного возраста». Во время творческого занятия участники изготовили в технике оригами символ добровольца – алое сердце. В конце занятия заполнили личные книжки волонтера и получили информационные буклеты «Я – волонтёр! Кто, если не я? Когда, если не сейчас?»https://www.facebook.com/

Зарубежные руководства (гайдлайны) для онкологических пациентов начали переводить на русский язык и размещать в открытом доступе в сети. Проект реализует БФ «Живой» вместе с Клиникой амбулаторной онкологии и гематологии.

«Это важнейшие информационные брошюры, в которых содержится ценная информация для людей, столкнувшихся с онкологическим диагнозом: что происходит с организмом, какой режим питания и отдыха нужно соблюдать, какие возможны варианты терапии, к каким специалистам нужно обратиться и какие вопросы надо им задавать. Подготовлены эти руководства авторитетнейшей американской организацией NCCN (National Comprehensive Cancer Network), и до недавнего времени русскоязычной версии не существовало. Но мы сделали это!», — рассказалив фонде.

По словам его представителей, первые четыре руководства уже доступны на сайте «Живого», любой пользователь интернета может их скачать совершенно бесплатно. Речь идет о руководствах для больных с раком желудка, раком ободочной кишки, и двумя формами рака легкого. Всего же планируется  выпустить переводы 19 брошюр по разным видам заболевания.

«Подготовить и выпустить руководства — это только первый этап. Теперь наша задача: сделать так, чтобы как можно больше пациентов узнало, что они имеют доступ к этой информации. Пожалуйста, помогите нам — поделитесь этим постом, расскажите всем про эти брошюры! Достоверная информация о здоровье — это большая ценность сегодня, и мы хотим, чтобы она была доступна каждому!», — подчеркнули инициаторы проекта.

«Перевод и заверение брошюр стоят немалых денег, поэтому мы также будем рады финансовой помощи», — отметили в БФ «Живой», предложив всем желающим оформить пожертвование на продолжение работы.https://www.miloserdie.ru/news/rukovodstva-dlya-onkobolnyh-mozhno-besplatno-skachat-v-seti/

«Серебряный возраст» — это социальный проект, который поможет людям зрелого возраста получить консультации в сфере социально-правовой защиты, а также в вопросах пенсионного обеспечения. Выставка поможет сориентироваться в представленном ассортименте товаров и услуг, получить новые знания и навыки, а также поделиться собственным опытом активного долголетия.

Официальное открытие выставки состоится 29 августа на сценической площадке второго павильона выставочного комплекса «Сибэкспоцентр».

Программа выставки порадует своими интересными и увлекательными мероприятиями. Все дни будут проходить мастер-классы по бисероплетению, лепке из папье-маше массы. Посетители научатся технике точечной росписи, а также попробуют своими руками сделать оригами и изготовить держатели для штор, игольницы, сувениры, обереги и многое другое.

Также гостей порадуют выступления творческих коллективов, лекции и мастер-классы по вопросам сохранения здоровья, консультации специалистов и медицинские тестирования. Представители газеты «Областная» в день открытия выставки проведут мероприятие «Иркутская танцплощадка». Все желающие смогут принять участие.

На протяжении всей выставки можно получить необходимые услуги у представителей банковского дела, принять участие в социальных проектах и благотворительности, обратиться в общественные организации, записаться на различные курсы и клубы по интересам.

Направления деятельности участников выставки также разнообразны — это санаторно-курортное лечение, восстановительная медицина, продажа биологически активных и пищевых добавок, витаминов, средств передвижения и спортивного товара, ортопедических изделий, массажного оборудования, оптики, одежды, текстиля, натуральных продуктов питания, товаров для творчества и рукоделия, косметики, изделий для туризма и отдыха, а также сувенирной и подарочной продукции.

В рамках выставки планируется провести следующие мероприятия:
— Школа активного долголетия,
— мастер-классы по скандинавской ходьбе,
— круглый стол «Внедрение системы долговременного ухода в Иркутской области: результаты и перспективы»
— консультации специалистов по вопросам: пенсионного обеспечения, трудоустройства, социальным и юридическим вопросам,
— Иркутская танцплощадка на выставке для людей старшего поколения «Серебряный возраст»

Кроме этого, на выставке Министерство труда и занятости Иркутской области проведет работу консультационного пункта по вопросам содействия занятости, профессионального обучения граждан. А также пройдут консультации по профессиональной ориентации граждан в целях выбора сферы деятельности (профессии), трудоустройству, профессиональному обучению и дополнительному профессиональному образованию.

30 августа гости выставки смогут посетить лекцию «Не дайте себя обмануть. Как не стать жертвой мошенничества». А уже 2 сентября Министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области проведет круглый стол на тему: «Внедрение системы долговременного ухода в Иркутской области: результаты и перспективы».

Посетители выставки узнают много интересной и полезной информации, научатся чему-то новому и проведут время с пользой, зарядятся хорошим настроением и заведут новых друзей.

Выставка будет работать с 29 августа по 3 сентября с 10:00 до 19:00, а 4 сентября до 16:00. Более подробную информацию о выставке можно узнать на сайте.

https://www.weacom.ru/news/irk/society/195829

22 августа на базе Учебно-методического центра развития социального обслуживания состоялся круглый стол на тему «Перспективы развития сопровождаемого проживания и трудоустройства людей с ментальными нарушениями в Иркутской области». Участие в работе круглого стола приняли представители органов исполнительной власти Иркутской области, государственных учреждений, некомерческих организаций и родители, воспитывающие детей-инвалидов. Интересный опыт сопровождаемого проживания представила заместитель руководителя Санкт-Петербургской ассоциации общественных объединений родителей детей-инвалидов «ГАООРДИ» Ольга Эгель. В Санкт-Петербурге эта организация реализует проект «Добрые соседи: живем рядом», который получил поддержку Фонда Президентских грантов. Участникам круглого стола был продемонстрирован фильм «Первый в России дом сопровождаемого проживания для людей с особенностями развития». Перспективы, проблемы и пути решения внедрения технологии сопровождаемого проживания в Иркутской области были освещены первым заместителем министра социального развития, опеки и попечительства Иркутской области Алексеем Макаровым. Председатель Иркутской городской общественной организации инвалидов «Прибайкальский исток» Татьяна Кокина поделилась опытом и проблемами внедрения сопровождаемого проживания в условиях некомерческой организации. Откровенный разговор позволил ответить на ряд вопросов: как готовить людей с ментальными нарушениями к сопровождаемому проживанию, как осуществлять диагностику и подбор граждан в группы, как организовать работу с родителями, как должна быть организована дневная занятость, как готовить специалистов для такой нелегкой работы. В завершении работы круглого стола было принято решение о необходимости формирования межведомственной и межсекторной рабочей группы по внедрению технологии сопровождаемого проживания в Иркутской области.http://irkobl.ru/sites/society/news/757232/?fbclid=IwAR3eY02jbeXkg0pNLJXpfsuqBN48c16ZBIRj255N17by91ttIIZ0dgFOi6o

Создание системы долговременного ухода за инвалидами и пожилыми людьми, которые не могут самостоятельно за собой ухаживать, началось в 2019 году в рамках национального проекта «Демография». Пилотный проект по внедрению такой системы был запущен в шести российских регионах годом ранее. Индивидуальный подход, профилактика заболеваний, обучение родственников правильному уходу стали основными направлениями работы в регионах, сообщили ТАСС представители региональных властей.

По данным демографического прогноза Росстата, доля граждан старше трудоспособного возраста в России увеличится к 2025 году до 27,7% и составит 40,5 млн человек. В 2017 году из 146,9 млн человек каждый четвертый (37,4 млн человек) находился в возрасте старше трудоспособного.

“В связи с этим вопросы долговременного ухода за гражданами пожилого возраста занимают одно из ключевых мест в системе социальной защиты населения”, — сказали ТАСС в пресс-службе Минтруда.

Пилотный проект

Минтруд России совместно с Минздравом, Минфином, Минэкономразвития и Агентством стратегических инициатив по продвижению новых проектов с 2018 года реализует пилотный проект, направленный на внедрение системы долговременного ухода за гражданами пожилого возраста и инвалидами. Благотворительный фонд «Старость в радость» выступил в роли разработчика методологии, на основании которой определялась необходимость тех или иных мер поддержки. Чтобы сформировать комплекс мер, аналитическая служба фонда провела масштабное исследование международного опыта.

Главная цель будущей системы — обеспечить людям, нуждающимся в уходе, сбалансированное социальное обслуживание и медицинскую помощь как на дому, так и в стационаре, а также поддержать их семьи и научить их оказывать помощь своим близким самостоятельно.

По официальной статистике на начало 2018 года в России действовало 584 дома-интерната для престарелых и инвалидов, ветеранов войны и труда, в которых проживали свыше 79 тысяч человек. Более 1,1 млн человек являются получателями социальных услуг на дому. Однако проблема доступности и качества социального обслуживания остается актуальной.

Около 80 интернатов для граждан пожилого возраста и инвалидов на начало прошлого года находились в ветхом и аварийном состоянии или требовали реконструкции.
Кроме того, большинство существующих зданий стационарных организаций постройки 50-60-х годов XX века не предоставляют комфортное проживание граждан, возможность получения инвалидами, в том числе с ментальными нарушениями, навыков самостоятельного проживания, отмечается в докладе Минтруда о результатах мониторинга социально-экономического положения пожилых людей за 2017 год.

В эксперименте по построению системы долговременного ухода 2018 года приняли участие шесть субъектов — Волгоградская, Костромская, Новгородская, Псковская, Рязанская и Тульская области. Для всех из них проблема долговременного ухода стоит особенно остро.

К примеру, в Псковской области пенсионером является каждый третий житель, в Костромской — порядка 27% населения относятся к людям старшего поколения.
В рамках пилотного проекта шести регионам предстояло разработать и провести апробацию дорожных карт по внедрению системы долговременного ухода, а также дать оценку обеспеченности социальными услугами на сегодняшний день.

Работа на опережение

Система долговременного ухода будет способствовать изменению самого механизма социального обслуживания. Как сообщили ТАСС в пресс-службе администрации Костромской области, главная особенность новой системы — так называемый «выявительный принцип». «Если раньше социальные и медицинские услуги пожилым и инвалидам предоставлялись по обращениям и заявлениям граждан, то теперь сотрудники социальных служб сами определяют необходимость в той или иной помощи», — подчеркнули в областной администрации.

К примеру, при посещении на дому специалисты стали оценивать способность человека к самообслуживанию, определять, какие именно социальные услуги ему нужны. Таким образом, в пилотных регионах пожилых граждан смогли разделить на несколько категорий в зависимости от функциональных нарушений и нуждаемости в услугах.

В регионах России открываются гериатрические кабинеты в поликлиниках, куда можно обратиться с вопросом о профилактике и лечении болезней старческого возраста. Для пожилых проводятся бесплатные медицинские обследования.

К примеру, в Костромской области выявляют старческую астению — патологию, характеризующуюся снижением физической и функциональной активности. Небольшой тест из семи вопросов позволяет врачу-гериатру составить для пожилого человека индивидуальную программу, чтобы он оставался здоровым и активным как можно дольше.

В Новгородской области за год реализации пилотного проекта организовали офтальмологическое обследование для почти тысячи человек, которые живут в домах-интернатах. После обследования людям купили необходимые медикаменты, очки, некоторым провели операции по коррекции зрения.

“Школы по уходу” для родственников

Важным направлением создаваемой в России системы долговременного ухода за пожилыми является проведение специальных занятий для их родственников.

“В волгоградском регионе обучение проходит на базе областного геронтологического центра. Курс состоит из теоретической и практической части — участники отрабатывают навыки обеспечения безопасной среды, организации жизненного пространства, предупреждения осложнений, связанных с длительным постельным режимом и другие. Также волгоградцы знакомятся с особенностями питания”, — сказали ТАСС в комитете социальной защиты Волгоградской области.

Там добавили, что большое внимание во время обучения уделяется индивидуальным вопросам, которые возникают у родственников при осуществлении ухода. При необходимости специалисты совершают выезды на дом для консультации. Занятия проводятся по понедельникам и пятницам, в другие дни тренеры обучают сотрудников стационарных учреждений.

Аналогичные курсы также будут проводиться и в других регионах. В Псковской области «школы по уходу» за пожилыми людьми и инвалидами появятся в большинстве муниципалитетов региона. Лекции и практические занятия будут вести медики и социальные работники. В Новгородской области родственному уходу обучилось уже более ста человек.

В рамках пилота в субъектах РФ также открываются пункты проката технических средств реабилитации — для пожилых людей и инвалидов, родственники которых ухаживают за ними дома.

Новые формы

Система долговременного ухода предполагает создание новых механизмов, которые со временем позволят как можно больше уйти от стационаров к предоставлению социальных услуг на дому.

К примеру, в Тульской области получило развитие семейное сопровождение, соответствующий закон в январе 2019 года приняла Тульская областная дума. Эта форма предполагает проживание граждан, которым постоянно нужна помощь посторонних, с теми, кто взял на себя обязательство за ними ухаживать. Воспользоваться такой помощью могут одинокие пожилые люди или инвалиды I и II групп, заботятся о них совершеннолетние дееспособные граждане России, зарегистрированные в Тульской области, для которых законом предусмотрены выплаты. Близким родственникам оформить семейное сопровождение не разрешат.

“Семейное сопровождение поможет частично решить проблему нехватки мест в домах-интернатах, так как фактически станет заменой социального ухода в стационарах. Для того, чтобы официально оформить семейное сопровождение, необходимо заключить трехсторонний договор с участием органа социального обслуживания”, — сказали ТАСС в пресс— службе облдумы.

В Рязанской области тем временем стараются оказать социальные услуги в обстановке, максимально приближенной к домашней, сообщили в областном министерстве труда и социальной защиты населения. За пожилыми людьми и инвалидами присматривают в специально оборудованных двух— и трехкомнатных квартирах, расположенных на первых этажах многоквартирных домов.

В Псковской области возводится первый в России социальный городок для пенсионеров и инвалидов, социальное учреждение нового типа, которое принципиально отличается от государственных интернатов.

Социальный городок, который планируется открыть в начале 2020 года, будет представлять собой что-то вроде санатория: это комплекс малоэтажных многоквартирных домов, где смогут разместиться около 130 человек. Количество квадратных метров на одного человека будет существенно больше установленных нормативами, которые существуют в современных домах-интернатах.

Кроме жилых домов в социальном городке возводятся административные здания с круглосуточным медицинским постом, массажным и процедурным кабинетами, а также дневным стационаром на три места с необходимыми помещениями. Здесь также разместится тренажерный зал, библиотека, центр по обучению компьютерной грамотности граждан пожилого возраста и инвалидов, парикмахерская, аптека и часовня. Строительство всего комплекса ведется с учетом создания безбарьерной среды.

Масштабирование опыта

С 2019 года мероприятие по созданию системы долговременного ухода за пожилыми и инвалидами вошло в федеральный проект национального проекта «Демография».

В этом году решать задачу будут уже 12 регионов: Республики Мордовия и Татарстан, Камчатский и Ставропольский края, Волгоградская, Кемеровская, Кировская, Костромская, Новгородская, Рязанская, Тульская области и Москва. К окончанию нацпроекта, к концу 2024 года, система будет создана во всех субъектах РФ. В общей сложности на внедрение системы долговременного ухода в России на ближайшие шесть лет предусмотрено 10,7 млрд рублей из федерального бюджета.

“Система долговременного ухода, которая сейчас начинает выстраиваться в регионах, должна поддержать каждого человека, который или из-за болезни, или из-за возраста нуждается в долговременном уходе. Речь идет именно о полноценной жизни людей, возможности даже при наличии разных степеней зависимости от посторонней помощи максимально сохранять и реализовывать свои социальные функции. Принципиально важно, чтобы уход, реабилитация, социализация позволяли человеку оставаться полноценным членом общества, поддерживать качество жизни”, — сказала ТАСС директор благотворительного фонда «Старость в радость» Елизавета Олескина.

По ее словам, человек может жить в социальном учреждении — доме-интернате, психоневрологическом интернате, в отделениях сестринского ухода, может жить у себя дома или в сопровождаемом проживании. Это не должно приводить к разнице в условиях жизни. Кроме того, система должна поддержать и семьи, близких, которые берут на себя основную часть заботы и ухода, считает Олескина.

“Дома престарелых должны перестать быть закрытыми учреждениями с устаревшими подходами к уходу и организации жизни в них, с недостаточным количеством персонала, не имеющего к тому же достаточных компетенций, и инфраструктурой, не позволяющей обеспечивать людям комфортную жизнь”, — заключила директор фонда.  https://news.rambler.ru/other/41864481-kak-regiony-rossii-sozdayut-sistemu-dolgovremennogo-uhoda-za-pozhilymi-lyudmi/?updated

Это материалы для волонтеров, которые помогают или хотят помогать пожилым людям.

Данное пособие написано на основании многолетнего опыта организации волонтерской помощи пожилым людям Благотворительного фонда «Старость в радость» и Горячей линии помощи пожилым. В издании рассказывается о психологических особенностях пожилых людей, об основах бесконфликтного общения с ними, о том, как устроена система государственной помощи пожилым.

Все действия волонтера, который решил помогать пожилым, мы попытались алгоритмизировать, чтобы сберечь время и силы волонтера, а также предотвратить возможные конфликты. Издание адресовано волонтерам, настоящим и будущим, сотрудникам и руководителям некоммерческих организаций и волонтерских объединений, тем, кто работает в социальной сфере, всем, кого волнуют проблемы пожилых людей и у кого есть пожилые родственники.

Книга подготовлена и издана автономной некоммерческой организацией «Студио-Диалог» с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.http://studio-dialog.moscow/?p=81&fbclid=IwAR2BMqmlPlG-arpT5wIYmB-dbqFAW9zvG

Пособие по организации волонтерской помощи пожилым людям

Бабушки против мошенников. Методическое пособие

Психолог Наталья Горожанина о том, как поддержать близкого человека с онкологией и помочь ему справиться с переживаниями

Стадии принятия болезни

С 1 августа 2019 года на базе областного государственного автономного учреждения социального обслуживания «Реабилитационный центр «Шелеховский» начало работу новое направление в социальной реабилитации – социальная реабилитация молодых людей, имеющих инвалидность в возрасте от 18 до 35 лет, с ментальными нарушениями.

Проведение реабилитационных мероприятий осуществляет команда профессионалов: специалист по реабилитационной работе, специалисты по социальной реабилитации, врач-психиатр, психотерапевт, психолог, юрист, руководители кружков, культорганизаторы, при этом специалисты контактируют не только с инвалидом, но и с сопровождающими, которые могут присутствовать на занятиях. Для прохождения реабилитации в центре создаются все необходимые условия: к услугам клиентов проживание в комфортабельных номерах, питание осуществляется в отремонтированной столовой, оформляется тренировочная квартира, наряду с этим новых клиентов готовы принять кабинет психологической разгрузки, бассейн, зал ЛФК, творческая мастерская, библиотека.

Одна из серьезных проблем, с которой сталкиваются люди, имеющие ментальные нарушения – это неприспособленность к самостоятельной жизни, а также отсутствие социальных связей вне семьи, поэтому в центре создается тренировочная квартира с модулем «прачечная», «гостинная». В помещении организованы специализированные модули, оснащенные мебелью и бытовой техникой, инвентарём: гардеробная, кухня, гостинная, бытовая комната (прачечная), санитарная комната под руководством социальных работников центра молодые люди с ментальными нарушениями учатся планировать свой бюджет, делать покупки, готовить, стирать, гладить, принимать гостей, разнообразно проводить время и общаться. http://irkobl.ru/sites/society/news/745454/?fbclid=IwAR2m54J5K_yj7KvS632PQ2tvpfGoJejOFU_QwoBKP41ejGm1bPU_JK8_VVQ

Без типизации не построишь систему долговременного ухода. Что за типизация?

К 2024 году в России должны создать систему долговременного ухода (СДУ). Речь идет о полноценном взаимодействии социальных и медицинских  служб и сервисов вокруг человека, у которого есть устойчивые ограничения жизнедеятельности, из-за чего он становится зависим от посторонней помощи.

Чтобы понять, кому какая помощь нужна, проводится типизация. Это процесс, в ходе которого специалист – типизатор – определяет объем помощи, необходимой пожилым людям и инвалидам. От полученной группы ухода зависит объем и набор услуг. При этом важно не то, чем болен человек, а что он может или не может делать сам, а в чем ему нужна посторонняя помощь – именно это должно лечь в основу нового набора услуг.

Как определить нужды пожилых и инвалидов, чтобы создать систему долговременного ухода, рассказывает главный методолог по уходу фонда «Старость в радость» Кира Белелюбская.

Что не так сейчас

Первая группа – это люди, которые почти не зависят от других. Им нужна небольшая помощь по дому

— Насколько адекватна система социальной помощи, которая есть в России сейчас, когда соцработник ходит за продуктами и моет пол?

— Надо все время помнить, что система долговременного ухода – это и социальная помощь, и медицинская. Понять, какой именно уход нужен человеку, — очень нетривиальная задача. Человеку, который лежит и не встаёт, стандартных двух визитов соцработника с продуктами в неделю совсем недостаточно хотя бы потому, что из этих продуктов надо ещё что-то приготовить.

И есть, наоборот, люди, которые сами ходят и готовят, но мы им тоже приносим продукты, потому что формально человека можно прикрепить к центру социального обслуживания (предположим, он живёт один и у него маленькая пенсия), а другой понятной помощи, кроме как принести продукты и оплатить коммунальные услуги, у нас нет.

И это ключевой момент – сейчас около 75 процентов социальных услуг, которые можно получить от центров социального обслуживания, — это доставка продуктов и лекарств, оплата счетов и вынос мусора.

По факту, в нашей стране большинство соцработников выполняют курьерскую работу.

Посмотри, как он справляется

Вторая группа объединяет людей, у которых есть умеренная зависимость от посторонней помощи

— Как объём нужной помощи определяют в зарубежной практике?

— У каждой страны свои методики. В целом, все пытаются понять, насколько человек справляется с ведением домашнего хозяйства, с уходом за собой, насколько он может продолжать полноценно участвовать в общественной жизни, сохранять качество жизни.

При этом европейские страны сейчас ушли от понимания «ухода» исключительно как ухода за телом. То есть уход в Европе – это шире, чем мыть лежачего или перемещать неходящего. Например, дети с особенностями теперь учатся в школе, институте, потом работают при помощи тьюторов, и это тоже часть системы долговременного ухода. У пожилых, даже тех, кто немобилен, остаётся желание быть нужными и востребованными, выходить на улицу, наряжаться, общаться. И нам сейчас нужно будет понять и принять эти потребности.

Типизация (определение необходимого объема ухода и помощи) позволяет оценить потребности, понять, какова трудоёмкость ухода и сколько приблизительно он стоит.

В середине 1930-х годов британский врач Марджери Уоррен, родоначальница гериатрии, обратила внимание, что всех пациентов дома престарелых, где она работала, можно разбить на несколько групп, причем не в зависимости от диагнозов, а по сложности организации ухода за ними.

Принципиальное отличие типизации от медицинской диагностики – в том, что состояние разных пациентов с одним и тем же диагнозом может быть очень разным.

И вдобавок многие потребности человека зависят от того, живёт он один или у него есть семья. Может ли он спуститься со своего пятого этажа? Есть ли у него возможность получить самую современную реабилитационную помощь? А еще – какая у него сила воли, внутренние ресурсы личности, тип нервной системы и так далее. Ведь и вы замечали, что разные люди по-разному переносят невзгоды и болезни? Поэтому только диагнозом человека мерить нельзя. И даже медико-социальная экспертиза (МСЭ) с этой точки зрения недостаточна, она не может знать, как реально живет человек.

Бывают детали, которые могут кардинально менять всю картину. Например, человек в состоянии сам помыться, но залезть в ванну ему сложно. Готовит сам, но не может нарезать рыбу из-за заболевания суставов. Выходит на улицу, но принести сумки из магазина ему тяжело. Или есть когнитивный дефицит, и человек не может осознанно довершить ни одного действия – не может оплатить счетов за квартиру, забывает, что нужно поесть, не может сам одеться до конца или не может одеться правильно – по сезону. А физически – сохранен.

Поэтому мы учим смотреть в первую очередь не на то, какие действия совершает человек, а на то, насколько он эффективен в организации своей жизни, как он с ней справляется.

Группы ухода: от пятой до первой

Люди из третьей группы выходят из дома, но очень редко – одни. Чтобы эффективно сходить в банк, на почту, даже в магазин, им нужен сопровождающий. Они могут себе готовить несложные блюда, но им нужна значительная помощь в приготовлении пищи

— Сколько существует групп ухода?

— Мы вместе с пилотными регионами и экспертами, которые работают с нами над типизацией, пока планируем, что в конечном итоге будет пять групп ухода: первая – самая «легкая», пятая – самая «тяжелая».

— Что даст разделение людей на группы ухода?

— Понимание, какие услуги нужны разным людям и как они должны быть организованы. Например, для пятой группы ухода это обслуживание каждый день, и в выходные дни тоже, конечно! Потому что те, кто в пятой группе, полностью, тотально зависимы от других. Они не могут сами есть, пить, почти не могут двигаться. Или у них такой когнитивный дефицит либо серьезные психические расстройства, что без посторонней помощи они обходиться не могут. За ними нужен постоянный присмотр.

Те, кто попадает в четвертую группу, тоже сильно зависимы от посторонней помощи. Этим людям надо помогать купаться, иногда – кормить или подавать тарелку с едой, всегда – готовить.  С ними вместе нужно ходить по дому, готовить порции лекарств. Но они могут быть дома одни некоторое время, когнитивные функции у таких людей обычно не так сильно нарушены. И еще они могут проводить часть дня где-нибудь в Дневном центре, чтобы продолжать общаться, не чувствовать себя одинокими.

Люди из третьей группы выходят из дома, но очень редко – одни. Чтобы эффективно сходить в банк, на почту, даже в магазин, им нужен сопровождающий. Они могут себе готовить несложные блюда, но им нужна значительная помощь в приготовлении пищи. То же – с остальным домашним хозяйством. При этом таких подопечных нужно активно привлекать к участию буквально во всех делах, чтобы поддерживать их самостоятельность, чтобы они чувствовали, что многое еще могут сами! И стараться выводить их «в люди», хотя это будет непросто.

Вторая группа объединяет людей, у которых есть умеренная зависимость от посторонней помощи. Их способность к самообслуживанию и ведению домашнего хозяйства лишь незначительно снижена. Им нужна помощь с покупками: они не могут носить тяжелые сумки, иногда им трудно передвигаться, например, наклоняться. Поэтому помощь в хозяйстве, конечно, необходима. У людей из второй группы когнитивные функции не нарушены.

Первая группа – это люди, которые почти не зависят от других. Им нужна небольшая помощь по дому, например, развесить белье, принести воды или дрова, сделать сложные покупки.

Сейчас, обучая типизации, мы учим сотрудников определять, насколько человек зависим от помощи окружающих при ведении хозяйства (даже небольшого, например, в квартире), уходе за собой. Насколько ему нужен присмотр.

Следующая важная задача – научиться определять, насколько человеку нужна помощь в социализации, и какая именно. Потому что у каждого есть право заниматься любимым делом, общаться, дружить, любить, иметь семью, наконец.

Пахнет ли в квартире мочой, и что еще должен заметить типизатор

Те, кто попадает в четвертую группу, тоже сильно зависимы от посторонней помощи. Этим людям надо помогать купаться, иногда – кормить или подавать тарелку с едой, всегда – готовить

— Как конкретно выглядит работа типизатора? Он проводит опросы? Даёт заполнять тесты?

— Всего в мире есть около двухсот специальных шкал типизации. У каждой страны, которая использует оценку зависимости от посторонней помощи, есть свой национальный опросник и своя национальная шкала. Задача всех социальных служб и ведомств – не ждать, пока человек сам придёт и напишет заявление на помощь (тот, кому помощь нужнее всего, никуда прийти просто не сможет), а самим определить и даже спрогнозировать потребности.

Шкалы есть разные. Например, в Испании шкала рассчитана на людей от трёх лет и до бесконечности. Израиль и Германия пересмотрели свои подходы, так как население стремительно стареет, – пришлось расширять шкалы по деменции. В США систему опросников давно внедрили страховые компании, которым нужно было оценить свои расходы.

— Человек заполняет эту анкету сам?

— Нет. Типизатор (у нас это пока специально обученный сотрудник центра социального обслуживания) задаёт вопросы так же, как их задаёт на приёме врач. Вопросы касаются нескольких тем – способности человека передвигаться и обслуживать себя, питаться, мыться. Есть вопросы, связанные с недержанием мочи и работой кишечника. Оценивается и то, можно ли человека оставить одного хотя бы на какое-то время, или он требует постоянного присмотра. Причём, если состояние человека позволяет ему выйти на улицу из квартиры на первом этаже, но он не может выйти, поскольку живёт на пятом, типизатор это отметит.

— И всё-таки как получить от человека ответы? Попробуйте спросить человека: «Есть ли у вас недержание мочи?»

— Вот именно поэтому типизатор, человек, который проводит опросы, — это во всём мире отдельная профессия. Проводящего интервью учат устанавливать контакт, вызывать расположение к себе. Но при этом надо иметь в виду, что ответы на прямые вопросы будут двух типов: одни люди будут скрывать свое истинное состояние, другие, наоборот, – усугублять –  «всё плохо, и пляшите вокруг меня все». Большинство станет с готовностью говорить на какую-то одну тему и совершенно не готово обсуждать другие.

Есть разные способы задавать вопросы. Например, если в квартире живёт пожилая семейная пара и супруги нормально общаются между собой, некоторые подробности можно выяснить у второго супруга. Если же этого сделать нельзя, типизатор должен зафиксировать в опросном листе собственные наблюдения.

Именно поэтому важно проводить опрос там, где человек живёт постоянно. Ни в поликлинике, ни в магазине, ни во дворе на лавочке он проведен быть не может. Это рекомендация ВОЗ.

Если в квартире пахнет мочой, очевидно, что у кого-то из живущих в ней недержание, если отвечающий одет неправильно или не по сезону, возможны когнитивные проблемы, если я захожу в ванную и вижу, что ею давно не пользовались, человек либо не в состоянии вызвать ремонтников, либо не может туда залезть. То есть обо всем этом можно и не спрашивать. Но по правилам – уточнить у окружения человека, его родных, соседей. Даже участковому врачу иногда нужно позвонить.

А ещё есть люди, которые плохо говорят, видят или слышат, и типизатор должен уметь разговаривать с ними. Например, я вхожу в квартиру и слышу, что телевизор включен на всю громкость, – значит, у кого-то в этой семье  проблемы со слухом и имеет смысл спросить: «С какой стороны от вас мне сесть, чтобы вы лучше меня слышали?» Если на столе лежит лупа, – значит, человек точно плохо видит.

— Сколько времени занимает такой опрос?

— Врачи-гериатры проводят опрос для комплексной гериатрической оценки несколько часов. По сравнению с этим, типизация занимает немного времени – в среднем, на опрос одного человека нужно от тридцати до пятидесяти минут.

— Типизацию делают один раз, или ее надо повторять?

—  Каждого человека, который уже начал получать услуги,  сотрудники, проводящие типизацию, должны навещать планово – один раз в год или полтора.

Если с человеком что-то случается, то у него должна пройти внеплановая типизация. Не надо ждать год после инсульта или перелома, чтобы к тебе пришли! Если есть помощник по уходу, то он обязан сообщить своему руководителю о переменах в жизни человека: хороших или не очень. То же обязаны сделать медики и другие специалисты, если увидят, что есть перемены.

Потребуется многократное увеличение штатов

Те, кто в пятой группе, полностью, тотально зависимы от других. Они не могут сами есть, пить, почти не могут двигаться

— Получается, что помощь нужна совершенно другая, чем есть сейчас. Кто это будет делать? Мыть, менять подгузники, работать с людьми с деменцией готовы не все.

— Большинство наших социальных работников – абсолютно героические люди. И мы постоянно просим журналистов их работу не принижать. В ближайшее время она будет всё более и более востребована, причём потребует новых знаний и навыков.

Сегодня обязанности российского социального работника кардинально отличаются от работы европейского помощника по уходу. Но, думаю, в ближайшем будущем армия наших соцработников поделится на тех, кто продолжит приносить продукты подопечным из «легких» групп ухода, и тех, кто скажет: «Я так устал ходить по этим магазинам с сумками. Давайте, лучше научусь ухаживать за лежачими».

Есть хорошее русское слово «выхаживать», и есть люди, вполне готовые это делать. Найдутся и те, кто возьмется вести сопровождение людей с тяжелыми когнитивными нарушениями.  Уход за такими подопечными – целая наука, и к нему потребуется подключить немало специалистов.

Во всём мире организацией долговременного ухода занимается команда. Помощник по уходу готовит, кормит, купает, общается, гуляет, организует досуг. Медсестра (то есть человек со строго медицинским образованием) выполняет медицинские манипуляции и, в целом, контролирует состояние здоровья подопечного. К примеру, у тех, кому обеспечен грамотный медицинский уход, пролежней просто не бывает!

Кроме того с человеком общаются  психолог, специалист по трудовой занятости. Есть и социальный координатор, который занимается всеми другими проблемами подопечного и его семьи.

— Но ведь это – многократное расширение штатов центров социального обслуживания?

— Несомненно. И не только ЦСО. У нас не хватает гериатров, нет специалистов по сопровождаемому проживанию и так далее. Но сделать нормальную расстановку кадров, понять, какие специалисты нужны, станет возможно только, когда будет проведена типизация.

— Сейчас подсчётом объёма услуг заняты сами ЦСО. Где гарантия, что они адекватно оценят объём работы, которую им же потом и делать?

— Тут возможны отклонения, причём в обе стороны. Кто-то запишет своих «лёгких» как «тяжёлых», чтобы ему на участок добавили ставок. Кто-то может, наоборот, сказать: «Дедушка ходит, сам себя обслуживает, не будем мыть ему полы, ну и что, что у него вчера умерла жена, и он в жесточайшей депрессии».

Но в целом, давайте всё-таки доверять профессионалам. И одновременно продумывать и организовывать проверку качества. Есть специальные методы проверок, а еще – мировые статистические данные. К примеру, по статистике, везде, где проводят типизацию, специалисты получают плюс-минус одинаковую картину. Примерно 10 % – это «тяжелые» группы ухода.

— И всё-таки, где взять столько людей?

— Нужно понимать, что в небольших городах всегда есть недостаток рабочих мест. В больших городах, наоборот, всегда будут люди, которые приехали на работу из маленьких городов. В Израиле, например, многие сотрудники по уходу – иностранцы, то есть люди, которые получают разрешение на работу и готовы работать за чуть меньшие деньги, нежели местные.

В Европе ситуация с рынком услуг ухода непростая. Например, в Австрии ещё пять лет назад в уходе работали, в основном, нелегалы. Это большая проблема, которая не чужда и России. У нас тоже есть нелегальный рынок услуг ухода, и оценить объём этого рынка весьма затруднительно. Получается парадокс: если мы недоплатили 500 рублей налогов, нами начинает заниматься налоговая инспекция. А тут годами существует огромный нелегальный рынок, и его никто не замечает.

Государство не сможет взять весь уход за вами на себя

— Это тоже крайность. Компании, которые работают на этом рынке, нельзя обвинять огульно. Я говорю про людей, которые работают в сфере ухода частным образом. Они вообще нигде не зарегистрированы, среди них много мигрантов, и их знания и компетенция зачастую – под очень большим вопросом. Есть те, кто роняет и запирает подопечных, неправильно хранит продукты…

Так что новый вызов – это отнестись к помощнику по уходу как к новой перспективной профессии. Попробуйте, например, найти сиделку, которая умеет обращаться с аппаратом ИВЛ или работать с человеком, больным БАС или рассеянным склерозом. Это сложные навыки, и такая работа стоит очень дорого.

— Но мы столкнулись с противоречием: с одной стороны, эта работа стоит дорого, с другой, — мы стремимся её удешевить, так что даже готовы видеть на этой работе мигрантов…

— Я не вижу здесь противоречия, я здесь вижу вызов. Нигде в мире система долговременного ухода не стоит дёшево.

Сейчас у государства зачастую нет основания выделять деньги на эту работу. Оно просто не понимает, почему два года назад сумма, которая выделялась на соцуслуги, всех устраивала, а теперь вдруг стала мала.

Типизация для тех людей, кто мыслит финансово-государственно, — это обоснование расходов. Это нормальная ситуация, когда начальник отдела соцобслуживания говорит: «На моей территории проживает столько-то людей таких-то групп, и им нужен такой объём помощи».

Сейчас, как мне кажется, важно сообщить:  мы как общество должны осознать, что количество людей, которые нуждаются в системе долговременного ухода, будет только увеличиваться, потому что увеличивается продолжительность жизни, причем и у пожилых людей, и у людей с инвалидностью. Государство, разумеется, берет и должно брать на себя обязательства по организации ухода за социально незащищенными, одинокими людьми. Но в системе долговременного ухода будут нуждаться и люди, вполне благополучные социально. Поэтому, как и во всем мире, бремя расходов должно быть распределено между государством и самими людьми

Тем, кому сейчас сорок, пятьдесят, шестьдесят лет, стоит задуматься: государство не сможет взять весь уход за вами на себя. Ваша жизнь будет долгой, и вы наверняка будете нуждаться в специальном уходе. То есть нужно уже сейчас начинать откладывать не просто на старость, но и на уход.

Мы уже добились того, что будет продумываться механизм социального страхования для самых тяжелых групп. Соответствующее поручение было дано вице-премьером Татьяной Голиковой на Совете по попечительству в социальной сфере при правительстве 14 июня 2019 года.  Но всем нам надо понимать, что простых, а, главное, идеальных решений просто нет.

Найти всех узников квартир

— Есть. И у этой проблемы возможно только комплексное решение. Социальные службы не смогут найти всех этих людей без помощи коллег из здравоохранения, без помощи полиции, почтальонов и МЧС. Нужна система межведомственного взаимодействия, проактивная система. Например, бригада МЧС, вызванная соседями, чтобы вскрыть дверь одинокой бабушке, которая, как выясняется, два дня назад упала и сломала ногу, должна сообщить о ситуации не только медикам, но и в социальную службу.

Понятно, что не все выявленные таким образом люди согласятся получать социальные услуги. Отказаться – их право. Но социальные службы должны, как минимум, знать, что вот здесь проживает одинокая пожилая женщина. Потому что она – потенциальный получатель их услуг, сейчас у неё третья группа ухода и она, может быть, отказывается от помощи. Но через год к ней надо вернуться.

— Насколько покрывает нужды ухода программа «Московское долголетие»?

— «Московское долголетие» — программа, несомненно, хорошая, но она для полностью самостоятельных пожилых людей, этаких «румяных бабушек», как метко заметили в одном регионе. И истинный профессионализм Москвы, как достаточно богатого города, сейчас должен проявиться в том, чтобы эта программа добралась до тех, кто не может даже выйти на улицу, в том числе потому, что живет на пятом этаже в доме без лифта.

И если взять выделенные нами пять групп ухода, Москва может, например, обратить основное внимание на работу со средними группами. То есть не только с теми, кто уже значительно зависит от помощи других, а именно с теми, у кого есть только небольшие ограничения. Чтобы они чувствовали себя нужными и активными, чтобы дать им возможность наслаждаться жизнью и чтобы их качество жизни как можно дольше держалось на достойном уровне.

Именно для «средних групп ухода» во всём мире практикуются Дневные центры, разнообразные занятия. Но они должны быть для людей второй и третьей групп, а не, как сейчас, первой.

А это значит, людей в дневные центры надо привозить, сами они, как правило, этого не могут. Собирать вместе тех, кто близок по когнитивному статусу, подбирать темы для общения, занятий. Программы для таких центров невероятно многообразны – можно предлагать решать головоломки, петь (это очень полезно), заниматься специальной физкультурой и так далее.

Пока столица занимается преимущественно людьми без каких-либо ограничений жизнедеятельности.

Общинный работник как гарантия безопасности

— Получается, соцработник знает, где у него на участке живут одинокие старушки восьмидесяти лет или беспомощные инвалиды с пожилым родителями. Это – золотые сведения для разного рода мошенников.

— Эту же информацию, вообще-то, знает и участковый, и бригада Скорой помощи. Мы же им доверяем? Здесь, скорее, надо говорить о том, что нам нужно местное сообщество. В Израиле, например, есть такая профессия — общинный работник внутри религиозной общины или квартала.

В небольших городах у нас реально все друг друга знают. Там есть социальные участковые, есть «Союз женщин России», который следит за получением соцуслуг, есть поквартирные обходы. В мегаполисах всё значительно сложнее.

Хорошо бы, когда в православном храме, если человек вдруг перестал появляться, хватились его и сказали: «А не съездить ли нам к нему?» И чтобы то же самое сделали соседи по двору.

Например, я каждое утро выхожу из дома и вижу одного и того же дедушку, который выходит в любую погоду. Если я его увидела, — значит, всё в порядке. Мы все немножко друг за друга отвечаем, это и есть то самое гражданское общество, о котором так много говорят. И нам не построить систему долговременного ухода без него.

Типизатор бабушек и инвалидов задает вопросы